Сигареты были общие. Одна на двоих — затяжка туда, затяжка обратно. Пальцы иногда соприкасались, и Макс каждый раз замечал это слишком остро. Он вообще всё чувствовал слишком: как солнце жжёт кожу, как бетон холодит лопатки, как рядом дышит другой человек. Он смотрел на Илью дольше, чем нужно, и сам не понимал — зачем. Просто хотелось запомнить: линию шеи, когда тот запрокидывает голову, прищур от солнца, тень ресниц.