– Уйди. Голос прозвучал глухо, будто принадлежал не Илье, а кому-то чужому, обессилевшему и сломленному. Слова сорвались с губ, больно ударились о стены тесного номера и эхом вернулись обратно, полоснув по сердцу острее ножа. – Я только хотел… – Петя шагнул вперед, протягивая руку, но тут же замер. – Уходи, я сказал! Тебе что, непонятно? – голос Ильи сорвался на крик, в котором смешались отчаяние и злость.