Зарисовки о непростых отношениях с Императором. Сверхценность индивидуализма, боязнь уязвимости, подавленные желания, согревающая любовь и противоестественная преданность. Стоя на коленях — в пыли, крови и копоти, опасливо тянешься проверить... что, пульс? Ты даже не знаешь, возможно ли отыскать в мозгоеде такую символическую вещь, как биение сердца. Существо никак не реагирует — подсохшая кожа бледнеет на свету, под пальцами проминается. Внизу растекается переливчатая субстанция. Это не он.