Тарталья привык к лагерю так же, как привыкают к старому шраму: сначала болит, потом раздражает, а спустя годы просто становится частью тела. Каждое лето мать отправляла его в «Берёзку» — пионерлагерь в нескольких часах езды от города, затерянный среди сосен и сырого воздуха у озера. В детстве он устраивал истерики, прятал путёвки и один раз даже пытался заболеть специально, просидев полночи на балконе под дождём. Ничего не помогало.