Моника Раевская — адвокат по делам о домашнем насилии. Она видела сотни жертв. Но Анабель Баронская — особый случай. Синяки на запястьях, дрожащий голос, идеальные показания. Всё слишком правильно. Слишком по учебнику. И когда Моника понимает, что её клиентка — не жертва, а хищница, становится поздно. Она уже в игре. И единственный выход — победить.

Пять лет назад они любили друг друга. Потом началась война. Теперь София — победительница, а Амелия — её трофей. Контракт, подписанный в пустом особняке, превращает бывшую возлюбленную в собственность. Но чем дольше они играют в госпожу и рабыню, тем яснее становится: лёд трескается с обеих сторон. И когда Амелия уедет собирать армию, а потом вернётся, Софии придётся выбирать — власть или любовь.

— Ты всегда такая командная или только со мной? — Только с теми, кто не умеет слушать. Она — следователь без тормозов. Она — судмедэксперт без эмоций. Им нужно найти маньяка, но единственное, что они находят на месте преступления — это раздражение друг другом. Однако когда ночные дежурства сменяются совместными выездами, а взаимная неприязнь перерастает в опасное влечение, они понимают: их мёртвая зона — это не только место убийств, но и пространство между двумя сердцами.

Она прижала меня к стене и сказала: «Дыши». Я стала дышать. Я стала петь. Я стала звездой. А потом я сказала: «Теперь ты дыши по моей команде». И она подчинилась.

Рина проиграла четыреста тысяч за два часа. Теперь она стоит на коленях перед Скарлетт — хозяйкой подпольного клуба, женщиной, которая не прощает долгов. Но вместо того чтобы вышвырнуть её на улицу, Скарлетт предлагает сделку: Рина станет её личным архитектором, её тенью, её вещью. Рина соглашается — потому что у неё нет выбора. Или ей так кажется.