Дневники Атраксиса №5

«О Персонажах» Возвращаясь к персонажам, стоит отметить, что на раннем этапе создания истории почти все они были откровенными антагонистами. Кого бы Миа ни встречала на своём пути, встреча неизменно оборачивалась для неё опасностью. Даже те, кто поначалу казался безобидным или дружелюбным, в конечном итоге причиняли ей вред. Этот концепт сохранялся удивительно долго и почти не менялся на протяжении нескольких лет. Так, например, Доктор Триол уже тогда оставался галантным и учтивым, однако вместо провалов в памяти страдал полным безумием. Практически с момента знакомства он намеревался отравить Мию, скрывая свои намерения за вежливостью и изысканными манерами. Мастер Лабиринта, который в то время ещё носил имя Хозяина Лабиринта, выглядел менее устрашающе, чем в поздних версиях истории, но сохранял свою язвительность, болтливость и склонность постоянно строить козни девочке. Он скорее напоминал злобного театрального духа, чем нечто по-настоящему чудовищное. При этом положительных героев в сюжете практически не существовало вовсе. Вивзиан и Червид ещё даже не появились как концепты, друзья Мии были придуманы значительно позже, а единственным по-настоящему близким ей персонажем оставался дедушка — но и он умирал в самом начале истории. Все остальные действующие лица представляли собой чудовищ или опасных существ, возникавших на пути Мии по мере её путешествия через Лабиринт. Сейчас, оглядываясь назад, я понимаю, что тогда персонажи скорее напоминали героев телесериала или мультфильма, нежели персонажей книги. Они были чрезмерно театральными, постоянно произносили пространные монологи, наслаждались собственным злодейством и нередко разражались зловещим смехом. По сути, это были классические мультяшные злодеи, существовавшие скорее ради атмосферы, чем ради глубины характера. Позднее появился Червид. Именно в этот момент я впервые осознал, насколько человеческий образ Мии выбивается из общей концепции мира. После создания нового визуального образа для девочки мир Астума начал постепенно обретать более цельную форму, а работа над его развитием вышла на совершенно иной этап.