- Хочу. - тихо, но твёрдо ответил мужчина. Шастун, не разрывая зрительного контакта, делает затяжку и поддаётся вперёд, склоняя голову влево. Алкоголь, который блуждает по венам Антона, словно отключил ему мозг и дал полную свободу действий. Сердце Арсения замирает как только дым сигареты, в перемешку с тёплым дыханием парня напротив, струйкой направляется прямо в его приоткрытые губы. Тело Попова бросает в жар и он понимает: «Сейчас».

Ничто не имеет значения.

— Зеейн, а то, что ты сказал мне...ну там..у входа в клуб...- Найл тихо спрашивал, прикрывая глаза, пока Зейн целовал его шею. - это ты шутил? — О чем, м? - Малик спустил свои руки по телу Найла совсем немного ниже талии, языком ведя по шее к мочке ушка, вновь оставляя влажные следы. — О том, что у тебя...на других даже не встанет.. - блондин прикусил губу, сдерживая улыбку, ведь он уже сам знал ответ. Малик лишь усмехнулся, резким движением притягивая Найла к себе.

Я очнулся в непонятном месте. / Зейну 25 лет. Найлу 16 лет. /

А я почему-то снова не вижу ее. Вижу тебя. Вижу то, как ты ходишь лишь в одной моей голубой рубашке, оттягиваешь ее вечно вниз, твои щечки краснеют от смущения, а я говорю "Твои красные щечки - одна из тех причин, почему я люблю тебя", но это еще больше заставляет тебя краснеть.