Время не останавливается ни для кого. Ты и я были сломлены: потерянная и лишь надеющийся. И самое малое, что я могу для тебя сделать, так это вытащить тебя из Змиулана и создать над тобой густые облака счастья.

— Вы краснеете, это черта прекрасного сердца! — я не знаю: различит ли он в моих словах Достоевского? Честно, меня не волновало это сейчас, потому что его до безумия милая улыбка и покрасневшие щёки заставили внутри всё сжаться. Может быть, я слишком с ним раскованна? Плевать, надеюсь, он не заметит, что каждой слово в нашем диалоге приводит меня к смущению. Но я точно не могла предвидеть, что Бен подойдёт вплотную ко мне, положив руки по обе стороны от меня на парапет. Заметил.

И знать ей не обязательно, что он не только не хочет, чтобы она заболела, но и чтобы эти пьяницы допускали свои грязные мысли по отношению к Огневой, хоть и сам представлял рыжие волосы, раскинутые по подушке, и эти стройные ноги, крепко сжимающие талию. И ей совсем не обязательно знать, что Фэш задержался в душе намного дольше, чем обычно, сбрасывая напряжение, рисуя её сексуальные образы в голове.

Сжигающий во тьме моё сердце огонь, уничтожающая стихия, возрождает мою душу, словно страстный феникс. И безликий серый пепел обращался в кроваво-фиолетовый - это знак, знак моего спасения...