Бомгю видел это перед собой, как старое кино 1990-х годов с выкрученным контрастом и искусственным освещением, с плохими, но столь атмосферными сценами. С запутанным повествованием и бессмысленной идеей, которую все находят глубокой за любовью к ретро-романтике и сепии. И Бомгю видит в этом всём Ёнджуна. Без страсти к старому, а как олицетворение упрощенного мышления и безвкусной эстетики, которую не запечатлели плёнки.

Что, если дьявол - не фэнтезийный персонаж их истории, а что-то более реальное, искушающее их, ведущее к границе разума, где начинается их неверленд?