…Перекур между двумя вселенными

Иногда мир рушится не громко. Не так, как в фильмах — со взрывами, трещинами по стенам, бегущими людьми. Нет. Самые тихие катастрофы случаются посреди белого дня, когда солнце светит слишком спокойно, а ты просто выходишь на улицу со стиком в руке, будто это твой единственный способ напомнить себе, что ты ещё существуешь. Ты вдыхаешь — и вдруг понимаешь, что усталость осела внутри, как этот дым. Густо, тяжело, чуть сладко, будто подколка самого мира: «Ну что, думала, выдержишь?» Работа делает тебя механичной. Люди проходят мимо — медленные, вязкие, как будто в замедленной съёмке. Они идут, а ты стоишь и ждёшь, потому что ничего другого нельзя. Ты больше не имеешь права быть раздражённым, не имеешь права устать. Ты просто винтик, которому нельзя скрипеть. Но самое страшное начинается, когда поднимаешь глаза вверх и ловишь мысль, которая приходит, как холодный ветер: «А что, если я больше не чувствую, ради чего держусь?» Ты не говоришь этого вслух. Ты просто куришь. И внутри тебя — вывернутый наизнанку космос. Там обида, там прошлые предательства, там боль от тех, кто однажды назвал тебя своим. И тишина от тех, кто однажды был близок, но теперь только читает твои слова и молчит. Там где-то глубже — разочарование от того, что твои попытки согреть мир теплом и искренностью не встретили ни отклика, ни слова, ни даже благодарного взгляда. Как будто ты шептала в пустую комнату, а эхо устало возвращаться. И ещё ниже — усталость. Та самая, про которую не кричат. Та, что собирается не за ночь, а годами. Та, что выжигает изнутри так медленно, что ты даже замечаешь это слишком поздно. Ты стоишь, слушаешь глухой гул внутри и понимаешь: да, вот так рушится мир. Не громко. Не с паникой. А тихо. Чтобы никто не заметил. Но самое удивительное — ты всё равно докуриваешь до конца. Даже если пальцы дрожат. Даже если хочется закрыть глаза и позволить себе упасть ровно на минуту. Гло прожужал, сигнализируя, что всё — достаточно. И ты выбрасываешь стик в мусорку, будто это маленькая бессильная попытка выкинуть из себя всю боль. А потом… просто идёшь обратно. Не потому что стало легче. Не потому что мир перестал хрустеть трещинами под твоими шагами. А потому что ты знаешь: если уж твою душу разнесло на осколки — ты подберёшь их сама. И пойдёшь дальше. Пусть даже медленно, пусть даже дрожа. Так и живут те, кого жизнь учила выживать, а не быть спасёнными.