Надежда трескается — тонко, почти неслышно. Как лёд под первым шагом. Как кости в груди, которые не выдерживают давления того, что внутри. Там, под ними, всё ещё бьётся сердце… и кровоточит от одного лишь воспоминания.
А я всё жду.
Глупо, упрямо, как будто у ожидания есть шанс что-то изменить.
Жду, когда ты снова выбежишь ко мне — быстрый, тёплый, живой.
Когда встретишь меня с работы, крутясь у ног, будто я — весь твой мир.
Когда прибежишь, едва услышав, что я проснулась… как делал это всегда, без опозданий, без исключений.
Я даже дверь в ванную оставлю открытой.
На всякий случай.
Как будто ты всё ещё можешь зайти.
Комната стала другой.
Не просто пустой — чужой. Холод в ней не от воздуха, а от отсутствия тебя.
И всё равно взгляд обманывает.
Вот ты лежишь на своём любимом месте — так естественно, что хочется не дышать, чтобы не спугнуть.
Вот трёшься о мои ноги, мягко, настойчиво, как будто требуешь внимания.
Вот смотришь — этим своим взглядом, в котором всегда было больше верности, чем я когда-либо заслуживала.
И в какой-то момент реальность догоняет.
Жёстко. Без предупреждения.
Тебя больше нет.
И хуже всего — винить некого.
Ни ошибку, ни злой умысел.
Просто слепой, равнодушный рок, который решил, что так будет правильно.
Патология, с которой ты родился… как будто в тебе изначально стоял таймер.
Врачи удивлялись:
«Как он вообще прожил так долго?»
А у меня внутри всё сжимается от одного ответа:
Не долго.
Мало.
Мне.
Тебя.
Мало!
Я скучаю..
Так сильно, что иногда почти произношу твоё имя вслух…
И в последнюю секунду вспоминаю,
что в ответ — только тишина.
Та самая, которая теперь живёт со мной.
Читать далее
Блог (5)
Иногда мир рушится не громко.
Не так, как в фильмах — со взрывами, трещинами по стенам, бегущими людьми.
Нет.
Самые тихие катастрофы случаются посреди белого дня, когда солнце светит слишком спокойно, а ты просто выходишь на улицу со стиком в руке, будто это твой единственный способ напомнить себе, что ты ещё существуешь.
Ты вдыхаешь — и вдруг понимаешь, что усталость осела внутри, как этот дым.
Густо, тяжело, чуть сладко, будто подколка самого мира:
«Ну что, думала, выдержишь?»
Работа делает тебя механичной.
Люди проходят мимо — медленные, вязкие, как будто в замедленной съёмке.
Они идут, а ты стоишь и ждёшь, потому что ничего другого нельзя.
Ты больше не имеешь права быть раздражённым, не имеешь права устать.
Ты просто винтик, которому нельзя скрипеть.
Но самое страшное начинается, когда поднимаешь глаза вверх и ловишь мысль, которая приходит, как холодный ветер:
«А что, если я больше не чувствую, ради чего держусь?»
Ты не говоришь этого вслух.
Ты просто куришь.
И внутри тебя — вывернутый наизнанку космос.
Там обида, там прошлые предательства, там боль от тех, кто однажды назвал тебя своим.
И тишина от тех, кто однажды был близок, но теперь только читает твои слова и молчит.
Там где-то глубже — разочарование от того, что твои попытки согреть мир теплом и искренностью не встретили ни отклика, ни слова, ни даже благодарного взгляда.
Как будто ты шептала в пустую комнату, а эхо устало возвращаться.
И ещё ниже — усталость.
Та самая, про которую не кричат.
Та, что собирается не за ночь, а годами.
Та, что выжигает изнутри так медленно, что ты даже замечаешь это слишком поздно.
Ты стоишь, слушаешь глухой гул внутри и понимаешь:
да, вот так рушится мир.
Не громко.
Не с паникой.
А тихо.
Чтобы никто не заметил.
Но самое удивительное — ты всё равно докуриваешь до конца.
Даже если пальцы дрожат.
Даже если хочется закрыть глаза и позволить себе упасть ровно на минуту.
Гло прожужал, сигнализируя, что всё — достаточно.
И ты выбрасываешь стик в мусорку, будто это маленькая бессильная попытка выкинуть из себя всю боль.
А потом… просто идёшь обратно.
Не потому что стало легче.
Не потому что мир перестал хрустеть трещинами под твоими шагами.
А потому что ты знаешь:
если уж твою душу разнесло на осколки —
ты подберёшь их сама.
И пойдёшь дальше.
Пусть даже медленно, пусть даже дрожа.
Так и живут те, кого жизнь учила выживать, а не быть спасёнными.
Читать далее
Тот самый период, когда будто сидишь в пустой, выдохшейся комнате. Воздух неподвижен, будто сам устал колыхаться. Тишина не просто окружает — она ложится на плечи, сползает по коже, как тяжёлое одеяло, и придавливает к кровати. В ней нет тревоги, но и покоя тоже нет. Это не отдых — это пауза между сердечными ударами, между прошлым и тем, что ещё не решилось стать будущим.
— Всё решилось, всё закончилось. Неужели ты не рада? — спрашиваю я, почти шёпотом, чтобы не расплескать эту хрупкую тишину.
— Да, — отвечает она, и в её голосе тихий надлом, будто слово это вышло из уст неохотно. — Но как будто для радости нет места.
Я понимаю. Сажусь рядом, и кровать тихо откликается скрипом — таким же уставшим, как и мы. Скрип этот звучит как воспоминание о чём-то утраченно живом.
— Может, это просто новый период? — произношу, глядя в пол, где лунный свет рисует холодное пятно. — Может, всё так и должно быть? Чтобы дальше была белая полоса… лёгкий путь.
Она качает головой. Волосы мягко соскальзывают на плечи, а взгляд опускается вниз — будто шея не выдерживает тяжести того, что на ней лежит. Тяжести прожитого, сказанного, упущенного.
— Фальшиво сделанный период, — обронила она, словно случайно. Но в этих словах — не случай. В них усталость человека, который слишком хорошо понял: даже конец может быть обманом.
Читать далее
22.03.18
"счастливый" театр печали
сколько ран мы от них скрывали,
кровь не даст нам соврать в этот раз -
умереть мы хотели не раз...
павшие, низменные, блеклые лица,
в светлом дыме обречены мы лечиться.
и падая все в эту адскую пасть,
не забудь перекрестится,
и с небес упасть.
Да, я когда-то была поэтом🤣🥸
Читать далее
03.03.20
вот пишешь, пишешь, стараешься - не получается.
что-то стараешься стереть - стираешь, лучше?
не лучше.
опять продолжаешь.
в сотый раз пытаешься, но рука опускается - ты устала.
идей нет, желания нет.
огонь будто погас внутри.
хочешь все стереть, перейти на чистый лист, поменять блокнот, тетрадь на другую и начать заново...
но что-то происходит и.. ты опять пишешь.
ты понимаешь, что это глупая затея, твое творение: стереть бы, забыть, придумать новое.
взять наконец новую красивую тетрадь или блокнот, новую ручку с новой надеждой, огоньком в глазах и начать что-то по-новому..
но любовь к старому не даёт сделать этого, ведь так много хорошо описанных моментов, которые ты любишь.
сидишь и думаешь - надо бы заканчивать... но рука все пишет.
Смотрю теперь на это и думаю: "как хорошо, что поставлена точка, и теперь этот текст только про творчество".
Читать далее
