Светлячки.

НИК. ГУМИЛЕВ - СВИДАНИЕ Ты остановишься, бледна, И тихо сбросишь плащ. Не так ли полная луна Встает из темных чащ? И, околдованный луной, Окованный тобой, Я буду счастлив тишиной, И мраком, и судьбой. Так зверь безрадостных лесов, Почуявший весну, Внимает шороху часов И смотрит на луну, И тихо крадется в овраг Будить ночные сны, И согласует легкий шаг С движением луны. - Светлячки – это души не родившихся детей, - думает или мечтает о чем-то далеком и зыбком, о тепле человеческого очага Роган, совсем еще молодой и неопытный волк, которому Вестар, вожак их стаи, только недавно стал поручать сколько-нибудь важные и ответственные поручения. - А она, словно матерь всего, Хранительница душ, - вдыхает трепещущими ноздрями запах ее расцветающего материнством тела. Он преследует ее, словно убийца намеченную жертву, и Голод, другой, не волчий; тот, что остался не пожранной половинкой его человеческой души, выворачивает ему нутро, так что его не заткнешь свежепойманной кровавой добычей. Хочется жить. Продолжать свой род, мечтать, как однажды все волки будут признаны всеми людьми и выйдут равными в правах из своего Темного и мрачного Леса. А потом рой сияющих мотыльков погас. Словно это были не светляки, а рассыпавшийся сноп искр от догоревшего уже костра. Тогда он познал Страх. А также Злость, Унижение, и Боль, и дурманящий запах Отмщенья. Вот только кому они отомстили, сохранив не только памятную легенду о Волкобое, но также и его не рожденное еще Дитя? Сберегли не только наследство, но и Наследника? Точно уж не волкобойской семье, а властвующему над волками и над сыном своим Вестару. В горле рождается глухое клокочущее рычанье. Рано или поздно детям надо выходить из-под опеки и родительского всеобъемлющего контроля. Пепел рассыпавшихся в прах волков по-своему тоже красив, и завораживает как падающие с небес серые хлопья не тающего снега. Так было тогда, так будет потом везде. Когда наследник Волкобоя подрастет, все их сияющие мотыльки обратятся в пепел.