— А можно ль веровать в беса, не веруя в Бога? — засмеялся Ставрогин, но в его глазах был страх, мужчина казался совсем сломленным. Единственный человек, давший надежду на исцеление, исчез, не оставив за собой даже маленького воспоминания. Наверное, только Пётр знал, что лежит на душе Николая. Только он догадывался обо всём, понимал с полуслова, заботился и оберегал, не осуждая и не критикуя. Но теперь его нет. Человека, способного спасти запутавшегося юношу от казни.