Удивительно, но Эрида, несмотря на свою сущность богини хаоса и раздора, оказалась, как это называется, человеком чести. Ей не требовалось напоминать о её ошибках. Эрида, заглаживая свою вину за предательство Олимпа, оставалась рядом со мной.

Вечер после возвращения в гавань прошёл настолько весело, что Бэй Доу помнит лишь обрывки. Но, каково было её удивление, когда она поняла, что совместное утро в Нефритовом Дворце с Нин Гуан будет не менее интересным.

Колдунья аккуратно поправила платье, а после взглянула на царевну, что невинно улыбалась. Она замерла, казалось, что даже сердце прекратило биться. Яга в один большой шаг сократила расстояние между ними, легонько прикоснувшись холодной рукой к щеке. Нежно, сокровенно, будто Василиса вот-вот исчезнет. Она аккуратно улыбнулась, поглаживая фарфоровую кожу. — Какая же ты всё-таки наивная.

Они не знают с чего всё началось. Но это уже случилось. Взгляды, прикосновения, улыбки...за столь короткий срок это стало настолько родным, что теперь даже сложно представить, что этого не будет. Но насколько родным это стало — настолько же страшно в один миг всё потерять. Они чувствуют себя отчаянными, пытаясь делать вид, что всё хорошо, когда всё очевидно плохо.

Как-то раз, захватывая какую-то планету, Жёлтая видела органическое существо. Его держали в клетке и кормили строго по расписанию. Она помнит, как это существо смотрело, словно из него выкачали всё, кроме безграничной усталости и страха. Алмаз помнит, как существо бегало, прыгало и лежало лишь по прихоти хозяина. Тогда она посчитала это забавным и выкинула из головы. Но сейчас, вспоминая, Жёлтая примеряет на себя роль зверушки, а Белая была бы той, чьи прихоти она выполняет.