Зим совершает ошибку за ошибкой с самого рождения, загоняя тяжелую вину в самые глубокие уголки своего разума, в один момент ее становится настолько много, что деваться от грехов, ползущих по собственным позвонкам, переплетаясь воедино с организмом, уже некуда. обретая плоть, грехи становятся праведным гневом, который, может быть, будет приостановлен только небывалой удачей захватчика.

ты когда-нибудь ощущал себя также возвышенно и светло, как в момент встречи наших глаз после долгой разлуки?