— Твоя душа не достойна моего прощения, — гнетущие, жестокие слова, произнесённые нежным и умиротворённым голосом мужчины, разразились громом внутри моего затуманенного сознания. Иосиф приговорил меня к искуплению длиною в жизнь, которое начиналось здесь и сейчас: с холодного металла, туго окольцевавшего мои запястья, и с бетонных стен бункера, что стали спасением от катастрофы снаружи, но не от той опасности, что ждала меня внутри.

"Включив камеру, Альберт установил её на дальний край комода, посмотрел на маленький экран устройства и, убедившись, что большая часть спальни вместилась в объектив, он нажал кнопку на камере, начиная запись. — Вот теперь, Валентайн, игра началась, — широко, но по зверски улыбаясь, Вескер подошёл к тихо сидящей у стены девушке..."

Все мы с вами знаем Альберта как злого гения, желающего уничтожить мир и всячески напакостить нашим главным героям. Но что, если это не совсем так? Что, если он обычный человек, имеющий свои планы и виды на жизнь, а вредный назойливый Рэдфилд вечно вмешивается в его личную жизнь, при этом оскорбляя, переходя на личности и срывая все планы ученого? Об этом Альберт и хотел бы поговорить с личным психологом, да беда в том, что он таких в штабе не держал.

Зеркало в конце коридора уже стало для Себастьяна привычным входом в мирные стены госпиталя, где нет места его врагам. Но отсутствие противников в этом мирке — отнюдь не единственная причина, по которой Себастьян ждал возвращения сюда. Загадочность и холод Татьяны, её отчужденность и нежелание поддаваться его мужским чарам, абсолютное отрицание каких-либо симпатий к Себастьяну — это некий её образ, навязанный работой или же это настоящая она? Детективу лишь предстояло раскрыть эту тайну.

О том самом вечере танцев в конце первого года обучения в колледже, когда из двух влюбленных в него девушек, Джефф не ошибся и выбрал третью.