Люди должны молиться на твой образ, потому что ты не только слепое превосходство, но и падший ангел с опалёнными пожаром крыльями. Ты умер, но возродился, проснулся, чтобы доказать всем неверующим в твою божественную силу, что ты сильнее, чем полагало глупое человечество. Твои крылья, черные и израненные, продолжают рассекать воздух, ведя тебя вперёд по особенному пути, по которому не могут пройти ни земные букашки, ни всесильные боги, ни чистые ангелы. Потому что ты прекраснее.

«…они называли меня Дьяволом прямо в лицо, а я улыбался им в ответ, наверное, одной из самых гадких своих улыбок. Мне было смешно, потому что я вспоминал гадкие сплетни, в которых маленький внук дона всегда был лишь жалким подобием слабой девчонки. Как Вы прокомментируете это, мистер Смит? Двадцать пять лет назад Вы таскали меня по полу за волосы, а теперь я скальпелем срезаю Вашу кожу. Почему же Вы кричите? Вам больно? Как странно…»

Разумовский закусил изнутри губу, чувствуя на макушке прикосновения губ Грома, и как тот втягивает чуть больше воздуха, чем обычно. Горло сдавил раздирающий комок, а в глазах противно защипало. Парень злился на Игоря, что он в очередной раз увлекся работой, но еще больше Сережа злился на себя, чувствуя вину, что, погружаясь в темноту, видел лишь образ юного Олега, вспоминал его сегодняшний звонок и голос, не утративший былой нежности.

Люди вокруг – это бесполезное мясо, которое отчего-то объявило достойным уподоблять себя Богине, сосуды с кровью, от которых он так великодушно избавлял этот уставший от паразитов мир. Он презирал всем своим чёрным сердцем каждого человека, но иногда находил их забавными и наблюдал, пытаясь тем самым развлечься. Но когда он смотрел на неё – начинали плавиться глаза. Её словно одарили каким-то древним проклятием, ведь как тогда можно объяснить эту великую силу перед ним?