— Вы совсем, видимо, попутали, дорогие мои. Бабу сюда привели? — молчание. Кащей кивнул на собственный вопрос. — Привели. Хотя этого делать не надо было, — он добавил резко и махнул рукой так, что пепел с сигареты упал на ботинок одного скорлупы. — Обидели? Снова тишина. — Обидели, мудозвоны, — протянул он и поганенько улыбнулся, чувствуя их страх. — А сопли вытирать придется мне.

Все эти годы он жил в одиночестве и скуке, не отличая вчера от завтра, но услышав пение — женский голос, переливающийся в стенах заброшенной часовни, колдун почувствовал всё — и удивление, и страх, и саму магию.