Они оба омеги, вообще. Феликсу совсем недавно исполнилось двадцать, а Минхо совсем скоро двадцать три. Один одержим тем, чтобы завести собственную семью, а другой только и делает, что всевозможными способами прожигает собственную жизнь, постоянно какие-то странные исследования проводя. Исключительно ради науки, конечно. По его словам.

– Может быть, просто бросим его? – спокойно спрашивает Ёсан, вглядываясь в текст на бумаге. Все знают, что он просто шутит, но Хонджун выглядит действительно задумавшимся. Он не хочет становиться капером. Ему вообще не нравится перспектива подчиняться кому-то. Не для этого он стал пиратом. Но обстоятельства складываются именно так. Они лучше пожертвуют собой и своей свободой, чем бросят своего. Потому что нет ничего важнее команды и их Иллюзии.

Ёнхун почти не сомневается, что Нью, как гласит бэйджик на фартуке бариста, – это карамельный сироп в его жизни, похожей на отвратительно горький крепкий кофе.

Для Чонина фигурное катание – это весь мир. Он не помнит время, когда не занимался им. Этот спорт тянется через всю его линию судьбы, затягивает и переплетает красные нити, вертя ими, как вздумается, и пропуская через себя все самые главные события в его жизни, придавая всему, даже никак не связанному со спортом, свой особый налёт или тоски, или радости. И Чан не стал исключением.

Нао нравится скорость, ветер в лицо и то, как один определенный блондин морщит нос, когда чувствует ненавистный ему запах кофе. Нао говорит, что Тео - лучшее, что было в его жизни, и мягко целует его в висок. Тео нравится жареное мясо, джинсовые куртки и то, как гоночный комбинезон плотно обтягивает тело одного определенного брюнета. Он усмехается и говорит, что они словно в дешёвой драме: принц и нищий, которые взявшись за руки бегут в своё долго и счастливо.