О том, как я писала Cursed Heritage

В какой-то момент я для себя точно поняла: писать про выдуманные, фантастические миры — это совершенно не мое. Я обожаю читать что-то в таком жанре, но сама в это абсолютно не умею. Мне не нравится идея, что можно дать поблажку себе или своему герою, притянув все за уши благодаря чудесным магическим силам или способностям. Когда я дописала свою работу про мафию, я подумала, что в принципе мне очень нравится писать детективы, мне нравится запутывать сюжет до такой степени, чтобы все казалось какой-то фантасмагорией и смахивало на бред, и лишь потом всю эту несуразицу распутывать ниточку за ниточкой, бережно объясняя, какие ружья Чехова выстрелили в какой момент. Я тогда жила в Казани и спросила: «А как ищут людей, пропавших без вести? Кто этим занимается, какое подразделение?» В поисках ответов, я написала знакомому капитану полиции. Выглядело это примерно так: — Кирилл Александрович, добрый вечер, расскажите, пожалуйста, как ищут пропавших людей? — Мария, у вас кто-то пропал? Время было почти час ночи. Получив ответы на свои вопросы, я отправилась изучать корейскую систему полиции, совершенно запуталась в индентантах и супериндентантах и для упрощения себе работы решила что-то заимствовать из нашей системы, так как в случае чего смогу получить необходимую консультацию. Разобравшись, кем работает Тэхен, что Юнги пропал без вести, я задумалась, почему Тэхен его не помнит. Как выстроить сюжет таким образом, что все выходит за грани его должностных полномочий и завязывается на личности самого Тэхена. Нарисовав для себя схему действий, кто кому приходится, я пришла к выводу, что у господина следователя по особым делам амнезия. Но как при амнезии человек может работать в полиции, уметь формировать новые воспоминания, при этом сохранив все знания о себе и своей текущей жизни? Короче говоря, мне нужно было что-то, похожее на выборочную амнезию, и тут мне на помощь пришел врач-психотерапевт К.И.А. (не буду раскрывать имя). Он проконсультировал меня по вопросам амнезии, по анамнезу, и мы вместе поставили диагноз. Позже я так же обращалась за помощью к ряду к психоаналитиков для короткой консультации по поведению маньяков с расстройством шизотипического спектра. Работу я решила начать с католических похорон, так как эта сцена показалась мне очень киношной. Я плохо разбираюсь в буддизме, к сожалению, а христианство пришло в Корею относительно недавно, правда, в форме католичества, а не православия. Я довольно хорошо знакома с православными обрядами, но вот о католических не знала ничего. Я обратилась за помощью в католический приход г. Тюмени, где падре объяснил мне тонкости молитв и порядок погребальной процессии. Собрав все данные, я начала писать «Наследие». На эту работу я получила самые неоднозначные и восторженные отзывы. Мне говорили, что работа слишком сложная и путаная, но в моем понимании на этом и строится жанр «Детектив». Как-то глупо раскрывать убийцу в первых главах. Эта работа до сих пор является моей любимой.