Красота убивает. Недостатки собственного отражения впиваются в каждую клетку светлого разума. От «изящества» осталось лишь слово из девяти букв, на смену пришла строгая иллюзия. Он задыхался от гнетущего обмана, однако сам был лжецом. Безупречные черты исчезли под натиском жизненного пути, оставляя после себя глубокие рубцы. Мог бы он подумать, что некий проходимец вознамерится разглядеть каждый болезненный момент чужой жизни?