У них осталась только одна общая колдография. И подпись на обратной стороне её рукой: «Когда тебе грустно, просто вспомни о нас. Твоя Гермиона». Кажется, он был готов вспомнить.

Подари мне всю свою настоящую ненависть. Я превращу её в невиданную страсть.

— Спорим, что ты не сможешь добиться девушку даже за один месяц? — Какая ты предсказуемая. Давай так, если я соблазню её меньше, чем за этот срок, ты на протяжении целого месяца в своих спортивных заметках будешь упоминать о том, что истинным ловцом всех времён был Драко Малфой? — Ха-ха-ха…Что, несбывшиеся детские мечты? — Это всего лишь правда. Я жду имя. Как она и предполагала. Ну что, Малфой, игра началась… — Гермиона Грейнджер.

− Грейнджер, как ты думаешь, будь мы в параллельной вселенной, у меня был бы шанс стать другим человеком?

Это было точкой в их истории, но жирной запятой для её жизни.