Ну, с богом, пошла родимая

Мне нужно с кем-то поговорить, иначе меня порвет от боли и агонии, но я не могу найти в себе силы даже на то, чтобы просто говорить вслух. Я конечно не сертифицированный психотерапевт, но ставлю на то, что у меня пограничное расстройство личности, иными словами ПРЛ, и я до безумия болезненно переношу любое одиночество и любой намёк на отвержение, холод или отстранённость. В купе с нестабильной эмоционалкой и вечными качелями "Я хочу это так сильно, что могу умереть на месте, если мне откажут - Я уже не хочу это, засунь это себе в жопу". Но я много работала над собой, читала про расстройство, и теперь у меня есть безопасные стадии этих качелей, во время которых я могу не так ярко и агрессивно просить то, что мне нужно. И я правда чувствую, что умру от боли, если мне откажут. Мне реально больно. Но даже если мне отказывают, я создала для себя эти безопасные стадии, когда я могу спокойно и аргументированно объяснить, что мне нужно, ну и дождаться исполнения. Я даже могу часами ждать это, если вдруг нужно, правда параллельно уже начинаю испытывать неприятные и болезненные ощущения, будто организм сам себя сжирает. Я могу спокойно вытерпеть, если упрямо и мне назло человек не выполнит мою просьбу (ну мало ли что случилось, я должна понимать, что никто не обязан делать это для меня), но "вытерпеть" - значит испытывать жуткий холод -10 в жаркой комнате, одеваться в три слоя свитеров, шерстяные носки, одеяло - и всё равно дрожать от холода и хотеть только расплакаться от того, как это больно и холодно. Потому по итогу уснуть, согреться. И после пробуждения, увидев тоже упрямое поведение, снова замёрзнуть до основания. Мой единственный друг не может оставить меня надолго, потому что, даже увлекаясь чем-то, я начинаю испытывать снова боль. Это ужасно, я знаю. И я пытаюсь работать над этим. Но стоит ему сухо сказать просто "хорошо", как я уже почти умираю. У меня был опыт порезов, и я борюсь с навязчивыми мыслями о новых. Был опыт голодания, и до сих пор это остаётся самой мягкой неэкологичной формой справляться с состоянием, потому что долго голодать стараюсь не позволять себе. И писать о страданиях моего оригинального Инка - это просто единственное лекарство, которое помогаете уже на протяжении многих лет. По крайней мере, я выплёскиваю энергию и выговариваюсь вместо того, чтобы корчиться в агонии и желать больше крови. Хотя иногда бывает так мало сил и так много безнадёжности, а тело такое тяжёлое из-за количества боли в нем, что я не могу даже связать и пары слов. Это ужасное состояние, из которого почти нет выхода.