- Это она бросила тебя, ты сделал все, что мог. Кави, это не твоя вина, и твой отец знал это. Прекрати себя наказывать. Эти слова будто бы создали аномалию в гравитации, заставляя отчаянно вжаться в чужое бедро, пряча мокрое от потока слез лицо. Хайтам внешне оставался невозмутим, но его сердце разбивалось с каждым вздохом несчастного архитектора. Он попытался поднять обмякшего блондина, но ему удалось лишь обнять его и уткнуть Кавеха в грудь, крепче хватаясь за плечо. Кавех плакал ему в сердце

Ему хотелось смотреть на Мукуро, такого красивого, изящного; хотелось, чтобы тот прикоснулся к нему и сказал, как скучает; хотелось в беспамятстве бросить всё и уехать туда, где есть только он. Мукуро был наваждением, проклятием, той самой пылкой страстью, что заставляла Бьякурана думать только о нём.

Нам все говорили, что погубим себя, лучше прочь с дороги. Но мы не слушались и поэтому, Логи, мы достигли руин

Ты мой удар ниже пояса, ты моя нора.