Так, ладно. В начале работы «Договор о неразглашении» есть часть, где у Бан Чана приступ апноэ. С медицинской точки зрения, описан он очень упрощенно, и выбрала я этот момент только для сюжета. Были и другие идеи.
Когда я писала об этом, я знала, что у него реально есть проблемы с пазухами, ему периодически приходится делать определенные процедуры, что у него были приступы бессонницы, но с апноэ, честно говоря, я их не связывала.
И вот - для тех, кто вдруг пропустил - он вчера и сегодня в bubble пишет об этих приступах. Что они тяжелые. Что они повторяются. Что ему пора снова эту процедуру делать. И что на самом деле, врачи ему говорят что нужна достаточно большая операция на носу и пазухах, и возможно тонзилэктомия, а не вот эти процедуры периодические. И он боится спать теперь из-за приступа, и боится операцию. И периодически ему приходится спать с аппаратом ИВЛ, но он не особо помогает.
Бедный ребенок блин.
Я многого из этого не знала, когда писала.
В моей голове апноэ - это реальный риск смерти, это реально пиздецовая проблема, НО в основном - это проблема старых толстых курильщиков. Не молодого парня, ведущего - насколько возможно с его расписанием - достаточно здоровый образ жизни.
А тут блин мальчишка всю жизнь так живет. Короче, чот я расстроилась/распереживалась за нашего малыша. Еще и вот это его «у меня нет времени сделать это сейчас, придется потерпеть». Я понимаю, и одновременно - не могу понять. Я вижу, как он бодрится, но насколько ему должно быть тяжело и страшно, чтобы он поделился этим.
Ужасное чувство беспомощности, когда страдает человек, которому ты искренне желаешь только лучшего, а ты не можешь помочь абсолютно ничем. И сообщения в баббле, которые он действительно чаще всего просматривает и иногда даже отвечает на них, никак не передадут ему ту поддержку, которую хотелось бы отправить.
Надеюсь, наш волчонок будет в порядке. Надеюсь, у него достаточно сил и времени. Надеюсь, он выдержит.
Читать далее
