Женщины. Вы слышите? Женщины! Как прекрасно звучит это слово, шипяще, чувственно, резко, громко, вымученно, женщины…

-Влад, нет. Голос почти ровный, зубы почти не отстукивают, а горло не вибрирует от холода. -Пожалуйста, котик, пожалуйста. Ты знаешь, что, если будешь говорить таким тоном, нашептывая мне на ухо, всё полетит в тартарары, моя выдержка, женская солидарность и здравый смысл. Всему этому просто не останется места в моей голове. Всё ведь не так, тогда почему ты возвращаешься из раза в раз и делаешь это? Пожалуйста, скажи мне.

Ты всегда убегала. Ни разу не осталась со мной на всю длинную, темную ночь. Но как бы ты не скрывалась, я всё равно оказывалась рядом, находила, ловила, укладывала на лопатки. Этим вечером я вновь между твоих бёдер.

Через пару часов должны быть салюты. Движением руки размешиваю жидкость, осевшую на дне. Я давно уже не ощущаю атмосферу праздника и не жду новогоднего чуда, но оно, кажется, ждёт меня. В противоположном конце замечаю знакомые рыжие волосы. Разумовский. Слева от него стоит пацан, совсем уже взрослый, обтянутый в дорогие брюки и белую рубашку, пару пуговиц на которой остались расстегнуты. Красивый, мне нравится.

Одним вечерним днем Кирилл Гречкин обнаруживает, что заболевает. Больницы и врачи для слабаков, думает он и отправляется к своему другу Лёше, который, несомненно, в помощи не откажет.