Чайльд смог влюбить в себя Бога — хотя сколько в этом правды, он, честно, не хочет знать. Конечно, сомневаться в Чжунли он больше не мог, и пусть тот в самом деле ощутил привязанность к такому временному явлению, как человек — но правильно ли он интерпретировал свои чувства? Только время покажет, а Чайльд так устал бегать, что хочется поверить даже в нечто такое сказочное, как влюбленное божество в убийцу. (AU бессюжетное путешествие Чжунли в Снежную, а Чайльд где-то рядом трется)