Голова Оленьки, отрубленная от шеи, лежала в стороне. Белоснежные пальчики девочки дёргались в треморе, а личико было искажено от ужаса. Голубые радужки, окружённые кровью из каппиляров, уходили за веки. Антон застыл. Антон перестал дышать. Холодные руки прижались к животу, сжимая до хруста костей. Сзади слышен едкий смех - Хи-Хи, а теперь её нет!