А я... а я ведь все еще помню. Все, — взгляд его ангельски-голубых глаз, его нежные — сначала осторожные, неловкие, а после — настойчивые, уверенные, — прикосновения, его спокойный отцовский голос, его безупречную ласковую улыбку, его объятья и... губы... Я застонала и начала плакать — беззащитно, тихо и бесполезно, задыхаясь от нарастающих рыданий. У меня началась ломка.

обожженные волосы солнцем

Сборник стихов про всю Царскую Семью.

белым мрамором торжественно страдая, я иду.

цепочка, череда — кричать осталась ты.