"Одержимость творчеством".

Продвигая свою работу на Фикбуке, (впервые, после многих лет творчества в корзину и "в стол"),я вспомнила отрывок из рассказа Акутагавы(влюбилась я в его стиль, слог, в эти крупные мазки, будоражащие воображение), " Одержимый творчеством". " <...> –Так что же мне ещё велено? –Много чего. –Ну, говори скорей. –Э-э... Ты, дедуся, станешь ещё более великим чем сейчас, и поэтому... –Великим? И что поэтому? –Поэтому тебе велено быть терпеливым. –Я и так терпелив,– отозвался Бакин неожиданно серьезно. –Еще, ещё более терпеливым! – И кто же это все мне велел? <...> –Сказать, кто велел? –Конечно, сказать. –Каннон-сама в храме Асакуса!" Конечно же, о величии пока говорить рано. И Каннон -сама мне ничего не велела. А вот терпение, что не моя добродетель, явно пригодится. Я учусь писать у Абэ, Акутагавы и Мосян, да не смутит вас набор авторов. (Через их произведения, разумеется). Я учусь сочности и философии образов у хокку Басё. Моя история о добре и зле, о Благом и Неблагом, о любви, дружбе, чести, мести. О семье, о потере и обретении себя. О верности–самому себе, своему делу и своим близким. Новелла в жанре ретрофутуризм, в эстетике Токио 80-90х. И я наблюдаю, как из чего-то лёгкого, простого, моя новелла перерастает во что-то большее. В первую очередь – для меня самой.