Стоит говорить сейчас, ведь у ее Величества не так много времени, а у Пьеро не так много нервов, чтобы вынести пытки для самого себя. Это сладкое безумие убивало изнутри и снаружи, в попытках прийти к окончательному решению, несчастный гений сам сломал себя и теперь лишь жалко метается в самых ногах разума, собирая детали своих нелепых деяний. Глупый, глупый, глупый Пьеро. Что же ты делаешь?

Пьеро ощущает себя чертовым безбожником, но это Вознесение Господне приносит ему столько удовольствия, сколько звезд на небе Тейвата.

Возможно через пару месяцев в обломках дворца найдут две прекрасные ледяные статуи, застывшие в объятьях, их опознают и поставят как памятник великим на главной площади, но даже под тяжелой коркой льда их сердца все еще бьются, отныне исключительно друг для друга.

Она клянется заморозить его боль.

Смеркается.