–Кто ты? И что ты здесь делаешь? –Что за—? Он… Он в сознании. Он стоит на ногах. Огонь, пробивший позвоночник, исчез совершенно. Вместо него — кулак, прижатый к груди почти до синяка, пригвоздивший к стене спиной. И Леон Кеннеди смотрит на него в упор, а взгляд у него злой, недоверчивый — и холодный, вот что действительно странно. Холодный, словно Луис не испустил дух под этим самым взглядом меньше тридцати секунд назад. Или: Луис, во временной петле.

Приключения несчастных солдат несколько лет, наблюдавших как одержимость фронтмена Ги Хуном перерастает во что-то большее.