Чернокнижие I. «Замерзнуть ради тебя» (продолжение)

Морозко основан не столько на фильме 1924, сколько на сказке Евгения Шварца «Два брата». Там мальчик в полностью промерзлом лесу встречает Прадедушку Мороза – и тот сильно отличается от привычного мальчику Дедушки Мороза. Тот полностью холоден внутри и стремится к вечному покою, к полному замерзанию жизни. Отсюда взят мотив вечного покоя, что так пугал главного героя у Шварца, но который так необходим Марфе. Фраза из последней главы о том, что «некуда больше спешить» отдает честь сказке Шварца. Так же в образе Морозко есть и черты божества-оленя – для многих знакомые по Вендиго, но у меня они скорее строятся на ассоциации с Серебряным копытцем у Павла Бажова. Тема колядок размывает границу эпох, они были и при язычестве, и при христианстве – хотя попытка старухи перекреститься уточняет временные рамки. Скорее, это дух русской деревни, где есть церковь, но люди все так же верят в нечисть и встречают ее в зимнем лесу. А вот связи с иной историей о двух сестрах и холоде – с мультфильмом «Холодное сердце» – здесь принципиально нет. Эльза не теряет совершенно человеческих черт в своем желании скрыться от людей, Марфа же леденеет осознанно. Она полностью отказывается от чувств, оставляя только в памяти знание о том, что ей необходимо беречь сестру любой ценой. И образы совершенно различаются, в мультфильме у героинь эстетика принцесс в каждой детали – в то время как Марфа ближе к образу деревенского парня из русских сказок.