Они шагают по тёмным улицам и переулкам, зажигая их своим по-детски прекрасным счастьем. Четыре часа, ночь только-только сменяется ранним утром, а они крича во весь голос прыгают в озеро.

—Так, меня вроде бы не изнасиловали и не продали на органы, значит, наверное, тусовку можно назвать удачной. —Ахах, чего ты так критично? Все же хорошо,– Мидория откровенно смеётся. Пьяный Шото – рай для глаз. Он спокоен, раскрепощен, глаза поплывшие и такие манящие. Кацуки всегда так думал. К черту всё, ему хотелось побыть рядом с таким Тодороки. Но сейчас с Половинчатым не Бакуго, а чёртов Мидория.

Шото никогда в жизни бы не подумал, что надевать платье так сложно.

Бакуго все время задавался вопросом "язык Тодороки также на половину горяч и на половину холоден? или.." и таких "или" в голове было миллион. Различных вариантов и догадок. До момента, пока сам не понял.