Моё тело бил озноб. Ледяное от носа до пят из-за животного страха, поселившегося в моей груди вместе с цветами, лепестки которых раскинулись перед моим лицом в раковине. Я прерывисто дышал, стараясь унять подступающую панику, и, вцепившись в свои предплечья онемевшими пальцами, съехал по стене на пол. Осознание того, что в один момент я внезапно потеряю доступ к кислороду, беспомощно задыхаясь лилиями и кровью, обрушилось на мои плечи массивным бременем. Мне впервые стало по-настоящему страшно.