На необструганных досках небольшого причала возле ленивой речушки, неспешной даже в осеннее половодье, сидели два подростка. Один – невероятно длинный и худой, словно вся отпущенная его тщедушному телу толщина ушла в рост, с вечно взлохмаченными кудрявыми волосами. Другой – на голову ниже приятеля, но тоже достаточно высокий. В отличие от своего кудрявого друга он был хорошо сложен.