Снова и снова, когда Сокка улетает или уезжает от него, он отправляет свое сердце с ним. Конечно, Зуко поставил на первое место для себя свой народ и свою страну. Но сердце? Отдать свое сердце он им не может. Его сердце отдано Сокке с шестнадцати лет, даже если тогда еще этого не осознавал. Так будет всегда.

Рёмен Сукуна – безобидный забитый ботаник. Или так думают остальные. Фушигуро Мегуми – пафосный избалованный мажорчик. Или так думают остальные. Тем временем Сукуна думает, что интригующий и горячий Фушигуро Мегуми должен его выебать и как можно скорее. А он привык добиваться того, чего хочет.

Нормальные истории начинаются с того, как главный герой выжил – история Рона начинает с того, как он умер. Может, это потому, что никакой из него не главный герой? В любом случае, он на это не подписывался. Снова и снова умирать в попытках спасти прыгающего с Астрономической башни Малфоя? Точно не мечта всей жизни. Но равнодушно уйти он тоже не может. Почему его жизнь стала этим?!

Всего лишь одна ночь, которая должна была тут же забыться. Всего лишь одна ночь, которую три гребаных месяца не удавалось из головы выбросить. Всего лишь одна ночь, которая не значила ничего. Но вот Сукуна вновь встречает восхитительного двадцатилетнего пацана, который свел той ночью с ума, после чего исчез – и он оказывается его восемнадцатилетним чертовым учеником. А в эти кроющие, пронзительные глаза Сукуна проливается еще мощнее, чем в первый раз. …или, может быть, та ночь значила все.

Сейчас, когда они вытащили Изуку из его тупой суицидальной миссии по убийству Шигараки и впихнули его обратно в ЮА, все должно стать нормально. Должно. Так какого ж хрена Кацуки тогда паникует каждый раз, когда задрот исчезает из его поля зрения?