«Слушай… — произнес он после неловкого молчания — тебе то она нравится, да? Если хочешь - забирай.» Фраза прозвучала небрежно, но кулаки Ромы были сжаты так сильно, что побелели костяшки. Мой взгляд задержался на его губах, которые он так нервно кусал. Пятифан будто был загнан в угол самим собой, глазами он молил меня о чем-то, и я так хотел понять о чем. Даже после того, как Рома скрылся в темноте леса, я продолжал представлять в узорах изморози его силуэт.