Алтарь любви: Ритуал, жертва и священный... каннибализм?

«Очисти свое сердце, как гранат. Предложи ему, ладонями вверх. Скажи «ешь» «Медведь любил оленя, это было очевидно. Он разорвал оленю глотку, а затем вылизал умирающего оленя с самой страстной нежностью». «Разложение начинается со рта, с языка, с желания. Первая поэма в мире — я хочу есть». Полтора года назад я сделала пост на тамблере, используя поэму одной из моих любимых поэтесс Daphne Gottlieb «Fifteen ways to stay alive», результатом которой стало разматывание строчки про «предложи волкам свою руку» до тех пор пока у меня буквально не заболела голова. Эта фраза не нашла тогда вдохновения к истории — тогда! а щас караул помогите - а просто мурыжила меня долгие и коварные месяцы, пока я не набрела на несколько строчек, наконец давших мне направление для мыслительного процесса. Эрика Джонг (3 пример) сформулировала изначальный грех желания. Прежде чем родиться в сердце, оно рождается во рту — как голод — та самая первоматерия, из которой слеплена любая страсть. И если присмотреться к любви, к этой возвышаемой силе, мы обнаружим под тонким слоем цивилизации тот же древний, первобытный алтарь. Ритуал, где любовь — это не цветок, а жертвенный камень, а страсть — акт священного поглощения. Что есть желание, как не потребление? Стоп-кадр: древнее капище; дым, жертвенный камень, жрец приносящий в дар самое ценное, чтобы умилостивить голодное божество, насытить его; слиться с ним. Теперь перенесите этот образ в пространство любви. Возлюбленный становится божеством, чей голод — закон. Его внимание — благословение, его отсутствие — проклятие. Человек который любит становится и жрецом, и жертвой одновременно. В первой поэме героиня совершает ритуал осознанно. Как верная жрица сама очищает свое сердце-гранат и с командой «ешь» возлагает его на алтарь. Это добровольное самоприношение. Цель? Не исчезнуть, а преобразиться. Стать частью божества: «смотреть как он ходит, запятнанный тобой», ощутить что «ты в его зубах». Уйти из себя чтобы остаться в нем. ***