Вечер понедельника. Парковка. Свет машинных фар глубоко прорезает сумерки. Луна безмятежно сияет над одинокой заправкой. А Хэвон нравится Джинсоль, стоящая у бензобака.

—Прости, что я не отплатила тебе тем же в полной мере. Прости, что из-за меня ты ушла. Я люблю тебя, милая, я очень тебя люблю, —сказала она, достала из сумочки миниатюрные маникюрные ножницы и воткнула их себе в сердце. Рюджин лежала на краю могилы, как бы обнимая ее, а кровь из раны капала на то место, под которым находилось сердце Йеджи.