Ее собственная квартира, убранная с почти маниакальной тщательностью, стала отражением ее внутреннего состояния. Лишь два предмета остались нетронутыми: тумбочка с брошюрой, на которой было распечатано последнее выступление V, и телевизор, из которого доносились мрачные тирады о смерти героя. Вивьен не могла смотреть на них, не могла вынести их присутствия. Ей казалось, что все эти символы скорби лишь глумятся над ее горем, над ее единственностью в этом страдании.