Грехообзор на комментарии. №4: "Почему Сулейман сам совершил никях, а сыновьям не разрешал?"

Стоит в очередной раз упоминать, что подобного рода комменты меня тригерят?) Но я это всё равно сделала. И этот тип возмущений является ярким примером того, как десятки раз зрители выстраивают одни и те же логические цепочки, которые можно прочитать, но этот вопрос из раза в раз продолжает кем-то задаваться как впервые. Ну, вызов принят) Сперва разберёмся с самим "запретом" на никях для членов Османской династии - его как такового попросту не существовало, то есть, как прописанной нормы (речь о каноне, я повторюсь на всякий случай). Так, если бы их действительно запрещали, то те шейх-уль-исламы, которые их проводили (с Сулейманом ли, с шехзаде ли), попросту отказались бы это делать. Значит, технически можно. Тогда появляется ещё два вопроса: "Почему Сулейману было как бы "нельзя" (все же так противились его браку с Хюррем)?", и "Почему, когда Сулейману стало "можно", то шехзаде всё равно осталось "нельзя"?. Ответ на первый вопрос лежит в исторической традиции, которая соблюдалась большинством султанов до Кануни - они не женились на женщинах из гарема. Соответственно, она перекочевала в сценарий из реальной истории, но в каноне ей придали ещё один оттенок: Валиде и её сторонники не хотели, чтобы у Хюррем было больше власти. Но Сулейман-то султан, причём влюблённый султан, который сам "тень Аллаха на земле", вот он себе разрешил, ведь технических препятствий к этому не было. А вот шехзаде нельзя было жениться...а почему это нельзя было, опять-таки? Технически - можно, но загвоздка в том, что и этот вопрос по идее должен решаться султаном - именно за ним последнее слово. Это как с имянаречением внуков: технически называть детей мог не только падишах, но и шехзаде (например, Мустафа, давший имя Мехмеду), и Валиде (как в случае с Михримах), и всё-таки, в идеале это должен делать именно султан (как это было с Мурадом). Но имя - это одно, а вот официальный брачный союз - штука совсем другого качества. Когда зрители спорят о никяхе для шехзаде, то вспоминают, что Сулейман сам когда-то чуть не женил Мустафу на Айбиге, а потом, мол его детям уже нельзя было жениться. "Ну так вот именно", - отвечаю я. - "Он САМ принял это решение, и сам его одобрил". Но когда была история с Еленой или Михриннисой, то тут история противоположная: в случае первой запрет на никях Сулейман наложил сам, а для второй этого и делать не пришлось, потому что ранее он повелел отдалить девушку от сына - понятное дело, что никакого разрешения на брак они не получили бы. С Баязедом та же история - его пытались разлучить с Хуриджихан после его самовольного приезда в столицу. В результате ключевая причина невозможности никяха для шехзаде (тех, которые были прописаны в каноне) - это не столько традиции, сколько статус султана и его роль в жизни других: брак, который он сам себе может разрешить, никто не может ему запретить, но если он отказывает, то попытка идти против этого приказа является неповиновением. И мне странно, что столько людей до сих этого не понимают.