После смерти Химено Аки преследуют воспоминания. В них нет утешения, только молчаливое признание: остаться с ней он не смог. Вернуться - некуда.

- И не забывайся, - Хаякава чуть отклонился, чтобы поймать его взгляд, просунул язык в треугольный наконечник и сделал пару вращательных движений, а затем по слогам произнёс: - Кей-го.

"Они так во многом похожи, и всегда находятся рядом незримыми отблесками силуэтов. Вот только Саске – молодая ветвь камфорного дерева; тонкий, зеленый и гибкий, скрытый в тени листвы от жгучего солнца. Какаши – пугало, одиноко стоящее неподалёку от коричника. Ни больше ни меньше, ряженая сухая трава". О неизбежности боли, о горьких утратах, о едином жребии ниндзя и редких чувствах.

В обычные дни Лип думает, что ему даже нравится Рождество. Потому что надежда на крохотную возможность всё изменить в этот удивительный день сидит в его голове до сих пор. Потому что выражения лиц Галлагеров утром 25-го декабря несравненно прекрасны. Потому что, в конце концов, это время, когда случаются чудеса. А потом он вспоминает, что такое происходит только в глупых диснеевских мультиках и блядских черно-белых фильмах.