«Здешние аппараты завораживали — массивные, размерами с земные холодильники и кухонные печи, покрытые искусной гравировкой, с выбитыми прямо в металле клеймами мануфакторумов и символами Механикус. Некоторые были украшены дополнительными свитками с инструкциями и молитвами, и глядя на эту красоту, я ощутил странное успокоение — будто впервые за долгое время наконец-то оказался на уготованном мне волей Омниссии месте...»

Чем может обернуться встреча с кондуктором в метро? Что приходит на ум, если произнести «Царская Россия»? Что происходит со временем, которым пытаются заполнить бездонную дыру? Зовёт ли солнце своих детей, сошедших к людям и сроднившихся с ними, и сколько ещё вопросов стоит задать, чтобы получить «тот самый» ответ? Узнаем вместе.

Железный архипелаг — самый край известных земель Тейвата, за которыми находятся неподвластные семерым архонтам осколки отгремевших войн и бежавшие боги, лелеющие надежду отомстить победителям. Железный архипелаг — это ключ и замок Тейвата, земля без архонта, народ без божества. Но там, куда не падает свет Селестии, появляются всходы новых времён и тайной магии, которой нет на материке. На чью же сторону станет народ Железа, когда разразится новая война по воле Царицы из Снежной?

Что было бы, умей не только Принцесса Луна управлять снами? Что, если до своего обращения в Найтмер Мун, она успела воспитать учеников, сохранивших это искусство? Что было бы, если Элементы Гармонии закрыли мир сновидений не только для кошмаров, но и для ходящих между грёзами? Говорят, у Принцессы Селестии нет ответа на вопрос, кто защищал спящих пони до возвращения Луны. Но так ли это на самом деле?

Под звёздами чужой для них вселенной вдруг встретились они — дитя из чистой Гравитации и существо с природой Энтропии. У первой был завет хранить законы мироздания, а у второй — желание разрушить пространства океан, но то желание впоследствии пропало: зачем же воевать, когда тот мир — не враг?.. Но не дружны между собой родные им двоим Архистихии, а, значит, в мире том, где правит воля их, не может быть хорошего конца для дочерей божественных начал. Да будет так. И стало так.