Капризный принц, привыкший получать все что пожелает как можно скорее. Наглый слуга, совершенно не подчиняющийся приказам и открыто язвя своему господину, всячески пытаясь его задеть.

— Урок химии я проспать не позволю — под раздражающий шепот Якова Немо снова закатывал свои глаза. Вот только Яков не знал, с каким спокойный лицом он спит на уроках литературы под взгляд Немо

— Наш заказ – Готье Хитклиф, — медленно пояснил мужчина. — И мы подозреваем, что он – последний из династии Бёрко. Сын Лукиана и Северины. Выживший мальчик, который, если наши опасения подтвердятся, может устроить в стране смуту, — полукровка сделал на этом особый акцент. Джером потратил секунду на обдумывание слов и не выдержал. Раньше всегда сохранял лицо, но сейчас этого невозможно было сделать. Издал смешок от удивления и слегка надавил на нож, предупреждая полукровку-шутника.

Ссоры всегда были чем-то обыденным в семье Черных. Фил спорил с матерью и ругался с отцом, но всë быстро забывалось. До тех пор, пока не зашло слишком далеко и Филиппа не выгнали из дома. Он остался один на один с собственными проблемами. Среди темных дворов Питера компанию ему составили только грязный снег, панический обморок и... Илья? //aka Филипп сбегает из дома, а Илье теперь приходится возиться с ним.

Справедливо ли поступила судьба, когда оставила 16-летнего парня одного, без крыши над головой и с малышом на руках. Наверное, нет ведь за поступки людей, которые сами себе создают проблемы или испытания, она не несет ответственности. Жизнь людей – это сериал или мелодрама, который судьба смотрит с восторгом или скукой, изредка вмешиваясь, чтобы помочь.

Мне задают один-единственный вопрос. Два слова, едва слышно перебиваемые треском телефонных линий. Два слова, заставляющие сердце колко сжаться в грудной клетке, а желудок – завязаться тугим узлом. – Ты реален? – произносится шепотом в моей голове. Вместо мыслей у меня белый шум. Вместо чувств – онемение. Резкое, абсолютное. Оно подчинило себе все. Я опять не чувствовал пальцев рук и ног, опять не мог ни двинуться, ни вздохнуть.