— Мне бы где-нибудь остановиться на ночлег, — и снова этот непонятный оптимизм в голосе. — И где планируешь? — Может, мягкая лужайка или дупло. — Дупло, — повторил он в надежде, что из его уст это не будет звучать так бредово. Но слова "ночевать" и "дупло" в одном предложении будут звучать логично, только если ты, сука, белка.

— Ты кто такой? – Ким перехватил рукоять топора, чтобы было удобнее держать. — Чонгук, — он проследил взглядом за движением руки на топоре. — А где моя бабушка?

Чонгук начинал злиться ещё сильней. Что это за детские выходки? Они взрослые люди и должны решать проблемы по взрослому. Поэтому он подошёл и подняв чародея, перебросил через плечо. — Эй, пусти, — колотил тот ему по спине. — Можешь злиться, но лёжа на кровати, — и он двинулся с грузом наверх. — Я тебя в лягушку превращу, — пыхтел и извивался пленник. — Таких заклинаний не бывает, — и он шлёпнул его по заднице, чтобы не вертелся.

Тэхён убеждал себя, что это не его Чонгук, что реакция может быть самой разнообразной и он должен быть готов. Но стоило парню безразлично спросить, показав тем самым, что Тэхён для него чужой, посторонний человек, как боль, словно знала и ждала этого момента, тут же стрелой пронзила грудь, заставляя сердце кровоточить. — Мы случайно, не знакомы? — Простите, но я вас не знаю.

— Ты был прав. Контейнер пустой. — Супер. Значит у нас где-то бродит охуенно мощная ведьма с палкой египетского бога. — Что нам делать, Чонгук? – голос Дохёна просто каждой тональностью излучал панику.

Он погружался в темноту, наблюдая, как расплывается силуэт незнакомца вдалеке. Силуэт, что постояв некоторое время, кинулся к ограждению и, упираясь руками в перила, перекинул ногу, перебираясь на отвесную сторону моста. Сегодня тут умрут два человека?