Взрослые дети - взрослые игрушки.

- Я люблю сказки, Сахир, - улыбнулся Сабас. – Всякий раз, когда я возвращаюсь, выполнив заказ, я хожу на площадь, послушать Сказителей. Я знаю все Истории Лунных Ночей Иль-Шах-Найры. Знаю все сказки о Хитроумной Намирре. И еще много всяких разных историй. Но ни в одной из них и близко не говорится ни о ком, хоть немного похожем на тебя.

- Твою женщину? Твой город? – смех Никиты был громким, по-настоящему веселым. – Теперь это МОЙ город. И я буду делать в нем все, что захочу. - Губы исказились в усмешке, а в следующую секунду он ударил в самую суть раскрывшегося от ярости Ильи. Ненависть к самому себе, страсть на грани животной похоти, желание обладать каждым вздохом, каждым взглядом, каждой ЕЕ мыслью. Она, она, она… Она – боль, она – страх, она – страсть, она – смерть.

Адам еле слышно вздохнул, на мгновение прикрыл глаза, а когда поднял ресницы – на Блейза смотрел уже совсем другой Адам. Тот, которого хорошо знал Дилан Риордан. Тот, который на глазах у всех взасос целовался со своим «омегой» исключительно провокации ради.

«…так и пропали два последних дракона с земли. Никто не видал их с тех пор, как закончился тот бой. Оба сильны были, равны в мощи и красоте своей. Три раза сходились они, и сыпались с небес огненные камни, вставали ледяные пики. И земля дрожала, рушились горы. А когда на исходе были силы, да победителя все не было, туман поглотил их. И не стало драконов, исчезли они, словно роса под жарким солнцем. И лед, и пламя – остались без своих хозяев..."