В квантовой физике существует множество любопытных теорий о пространстве и времени, и в одной из них говорится, что время не изменяемо. Оно как река. Если бросить в нее камень – пойдет рябь, которая через пару мгновений исчезнет. Поток не изменит своего направления: течение все восстановит. Однако... насколько значимым должен быть камень, чтобы перенаправить русло реки в другую сторону? И применим ли к пространству и времени взмах крыла бабочки?

— В начале нашего разговора, вы сказали, что хотите создать организацию, гильдию воров. Я вступлю туда. Секунда молчания и он вновь продолжил. — Есть у вас идеи для названия? — «Крысы из Мёртвого дома».

Они единственные, кто понимают, что это театральное представление, устроенное для собственной потехи. Как смеют они распоряжаться чужими жизнями и решать, кто имеет право на второй шанс, а кто нет? Разве это правильно? На это нет ответа. Один плачет, другой — смеётся. Они скованы цепями, которые на них надели вместе с масками, привязав к этим ролям. Что для одного трагедия, для другого — комедия. Но так ли это?..

Я не стремился вмешиваться, желая прожить эту жизнь спокойно, но было глупо надеяться, что эти события пройдут мимо меня. В нашей семье остались мы втроём, многолетняя дружба разрушилась, а миру угрожает серьёзная опасность. Держа в голове ничтожные воспоминания из прошлой жизни и знания будущего, я был вынужден взять всё в свои руки. Что ж, я предполагал, что произойдёт «Эффект бабочки».

Не знаю уж почему, но Дазай Осаму меня всегда дико бесил. Не сказать, что я его прям ненавидела... Окей, я его ненавидела. Он был очень интересным и крутым персонажем, но вот его человеческая сторона и отношение к окружающим... оно выбешивало. А еще я ненавижу предателей. Мы родились в один день и месяц, но у нас слишком разные характеры, желания и цели. Я не боюсь смерти, но не хочу умирать, потому что люблю жить. Не представляю, как можно покончить жизнь самоубийством. Это слишком... жалко.

Профессия журналиста для Аяко Соно всегда была связана с риском. Риском опоздать на интервью. Риском стать впутанной в разборки правительства и мафии. Риском потерять всё, чтобы обрести себя.

Существует великое множество историй о радости перерождений, о лëгкости преодолений того, о чëм знаешь. Но почему во всех этих бредовых рассказах нет ни слова о том, что никакие знания будущего тебя не спасут, что радости в проживании чужой судьбы нет, а мир и того гляди совсем не тот, который ты знаешь? Нет ничего хуже осознания, что ты проживаешь не ту жизнь. Но приходится подстраиваться под обстоятельства, лишь бы не потерять и эту жизнь.

— Станьте моим слугой, — произнесла она, ровно, как выносят приговор. Ни капли сомнения, ни намёка на просьбу. Только уверенность, отточенная годами власти и внимания. — Это лучшее решение. Я дам вам защиту… и возможности. Она произносила эти слова так, будто предлагала подарок. Хотя на деле — бросала цепь. Шикарную, блестящую, кожаную, с гравировкой. Но всё же цепь.