Уютный классический омегаверс в истории о родителях и детях, а также о внезапной любви где-то в конце марта.

Теперь он был не один. Таков отныне был путь всех брошенных, отвергнутых и забытых, но воспрянувших духом с целью вернуть себе все до последнего.

Однажды, проснувшись ночью после "пары бокалов пива с коллегой", детектив Бан обнаруживает в своей постели парня с ярко-красными волосами. Он помнит его расплывчато, но припоминает, что, кажется, не заплатил ему? Что делать специалисту по расследованию уголовных преступлений, если в него влюбился юноша, который занимается тем, что продает свое тело? Полюбить его в ответ или не влезать в эту грязь?

Кого ты любишь? Его или меня?

Случайное падение, случайное спасение. Банально. Фатально. Запах Хенджина – летний лес, прогретый солнцем, полынь, тимьян, кедровая смола и терпкая дикая земляника. Забился в ноздри и не хотел исчезать. Ощущение мягкой кожи под пальцами осталось даже спустя несколько недель. Запах Чана – лес зимний, морозно-трескучий, с нотками ледяной хвои и глубокого чистого снега. Они по разные стороны спектра. Но продолжают пересекаться снова и снова.

— Полюби меня снова, — шепчет омега, перебирая локоны спящего альфы. — Пожалуйста.

— Ты хочешь, чтобы я следил за Чаном для тебя? — Хёнджин уточняет, посмеиваясь и не веря. — Нет-не следил! Прости, просто…он не хочет говорить со мной, а я не хочу, чтобы он оставался один. А ты лучший человек, которого я знаю, и я правда доверяю тебе. Ты мог бы… сделать это, пожалуйста? Глаза Феликса такие большие. Он так сильно нуждается в Хёнджине, и он говорит, что Чан нуждается тоже. Как Хёнджин может отказать? — Феликс, — говорит Хёнджин, прижав ладонь к груди, — я не подведу.

Для Хёнджина Чан — сердце. Навсегда. Чан за Хёнджина убьёт. И умрёт.