— Я спрашиваю еще раз для тупых. Ты пишешь эти блядские истории, в которых я умелее любой элитной шлюхи? Чимин нервно сглотнул, оглядел парня еще раз и пискнул, потому что перед ним стоял не кто иной, как пиздецки злой Мин Юнги. Пак сделал осторожный шаг назад, перевел взгляд на телефон в своей руке и прочитал единственное слово, которое прислал ему друг. «Беги».

— Краснеешь, как девка, словно членов чужих в живую ни разу не видел, — он стряхивает пепел в раковину, облокотившись бедром о столешницу, — вот и спрашиваю: девственник или натурал? — Какая тебе, нахуй, разница? — Пак ощетинивается, глядя на него исподлобья, — или ты всем при знакомстве член показываешь, и для тебя это в порядке вещей? — Не всем, киса, — Юнги широко улыбается, подмигивая, — только избранным.

На счету Чимина семь лет успешной работы. На его счету тысячи счастливых клиентов и сотни сыгранных свадеб. У него лучшая репутация в городе и самые крепкие среди конкурентов нервы. Но сегодня то ли день особенный, то ли ретроградный меркурий напал, но у Чимина дергается глаз, сжимаются ладони в кулаки, а желание покусать клиента растет с немыслимой скоростью, рискуя сравняться с размерами вселенной. А все потому, что этот клиент - Мин Юнги, у которого слишком странные запросы.

Чимин просто хотел тихонько подумать о бренности этой жизни, пострадать на собственном балконе, но в итоге услышал с соседнего недвусмысленнные шлепки и стоны. И все бы ничего, если бы стоны не были исключительно мужскими. А сосед его - неприятным и мутным парнем, которого боится весь район. И точно не тем, кто будет спокойно рассказывать о своей ориентации. И Чимин, возможно, вышел бы сухим из воды, если бы, как обычно, не открыл свой болтливый рот. Как говорится, и жизнь моя стала адом.

Пак Чимин согласился ходить в спортзал, но он не думал, что его тренером окажется тощий Мин Юнги.

— Для того, чтобы найти себе подходящего альфу, нужно приехать в это поле и проорать «суженый, ряженый, приходи ко мне наряженный»... — Ты издеваешься, Тэхён?! — едва сдерживая мат, возмущается Чимин. — А че, я так Чонгука нашёл...